Корпорация «Наследие»
В 1956 году их было трое, несогласных с линией муниципалитета на снос «морально устаревшего» центра, пробивку многополосных магистралей и возведение новых «сити», Гёрт Бринкгреве, Сикс ван Хиллегом и Рююд Майшке, публицист, пивовар и реставратор: что по силам троим? Ни демонстрацию устроить, ни баррикаду навалить. Они и не стали этого делать, они — основали общество, сперва неформальное и безымянное, купили вскладчину шедший на снос дом, затем другой, отреставрировали, пустили в наём, на выручку приобрели третий, четвёртый…
К тому моменту, когда Нью-Йорк заговорил о «теории разбитых стёкол», парижский «Дефанс» опять пустили на реконструкцию, а Западный Берлин нашёл смысл центра города как места жизни, когда другие брались за первые свои постройки подобного рода и требовали за риск государственных преференций, эти вполне частнокоммерческим порядком, без особого шума, день за днём, платя и в казну налоги, и вкладчикам дивиденд, преобразили, нет — возродили много больше, чем лишь пару-тройку сотен домов. Начав с «предотвратительных» покупок, начиная реставрацию там, где власти предполагали снос, они уже перешли к застрельщицству, начиная реставрацию на видных углах и тем самым увлекая за собой и город, и частников-соседей. К их успехам отнесём и доказательство осуществимости общественно-полезного государственно-частного партнёрства, многими заклеймённого небывальщиной; и наработку планировочного и ремёсленного опыта для, типовых, в сущности, домов, а с ними и твёрдость цен; и сочетание прежних технологий с новыми, и превращение каждого проекта в учебный…


В 1912 году на дальней юго-восточной окраине Берлина «Строительно-сберегательное общество» заложило посёлок, «домики с огородами» для 7000 своих членов. Построили не все, и всё же результат стал чем-то большим: возвели родные очаги, к ним новое общество и даже новую архитектуру гладких ярких стен — берлин-фалькенбергскую «Коробку красок» считают не только образцом товарищеского жилья, но и первенцем «цветностроя», к которому архитектор Бруно Таут призвал в революционном 1919 году.
























