«Пильский ежедневник» сообщает: великопольский конкурс «Ревита» выиграл проект реконструкции пильского железнодорожного вокзала и локомотивного депо, представленный студией «Архитектон» (Ева, Ольга и Ромуальд Хаусманны). Бюро «Контур» (Марек и Мацей Святополк-Мирские), наряду с третьим пильским коллективом Паулы Валендовской и Марчина Бекаса, удостоились поощрительных премий.
Ему вторит «Пильская жизнь»: «Победа концепции» и «Ревитализация железнодорожной станции, исследование студии «Контур«.

Проекты достойны критического разбора.

---

«Архитектон» превращает старое депо в круглосуточный центр искусств: оно жило с паровиками, оно умерло с ними — теперь время нового. «Искусство» здесь понимается самым широким образом, от традиционных живописи, танца и кино до искусства жизни, любви, еды, отдыха. Здания должны стать местом семинаров, презентаций, творческих экспериментов: в городе много людей с идеями, которым не хватает пространства для реализации этих идей. Здесь было бы красивое место для самых причудливых из них; это пространство удовлетворяет практически все потребности, о которых только можно помыслить; не дело загромождать эти залы ещё одной коллекцией паровозов.

Комплекс сгруппирован функционально: здесь будут тренажерные, спортивные и танцевальные залы, художественные мастерские и студии звукозаписи, выставочные залы.

Крупнейшим из них станет само депо, захватывающие пространство с подвижной сценой и трансформируемым залом. Такими же легко трансформируемыми будут и прочие помещения комплекса.

В одну линию с вокзалом в сторону реконструированного депо протянется галерея магазинов и переменных экспозиций.

За ними сужение, служба гостеприимства — и вот открывается площадка поворотного кругав перед веерным депо, новый «форум».

Он служит летним кино, площадкой открытых концертов, презентаций и лекций. Поворотный круг сохраняется и служит сцене. За форумом ось восток-запад завершается, ещё раз сузившись и расширившись, ступенчатым спуском к реке. Тут купаются, катаются на байдарках, рыбачат.

Вынос торговых помещений из вокзала в новую галерею расчистит залы ожидания и кассовые вестибюли — но будет ли удобно постоянно входить и выходить: то из вокзала на перрон, то из галерейного магазина в соседний? Определённо, нет, и это — намеренно: раз за разом поворачиваясь под летучей крышей (следуя профилю путей, она всё далее отходит от строчки расширенного вокзала), покупатель увидит круглящийся в отдалении купол, и подводящие к нему выставочные короба. Эти последние хотелось бы видеть гораздо более прозрачными, нежели показаны авторами. Перекрытие двора веерного депо некоей пластиной — не принесёт ли более проблем, чем решит? Сегодня поворотные круги — их три — ясно противопоставлены: один под куполом, другой в центре веерного двора, третий, самый малый, вовне. Так же под крышами окажутся два. Кроме чисто архитектурной стороны и инженерной сложности осуществления (очистка?), совершенно невозможным окажется дальнейший ремонт паровозов на «Интерлоке»: как котлы переносить? Мастерской в подписях нет, путей тоже, на их месте — пустынный конгресс-центр, видимо, с выставкой… «Башня из слоновой кости», бывшая водонапорная — замечательная находка, избыточно лишь её гастрономическое подножье: перекрывает выход из круглого двора к реке. Получаются пропилейные стяжки по обеим сторонам форума, а оправданы ли они композиционно? Вход-то ведь один? Да и как творить, когда с одной стороны стучат на стыках поезда, а с другой стучат стаканы по столам?

	Суперграфика как ограждение-сигнал проходящим поездам — вполне уместна, но шрифт не совсем ещё хорош.
	Впрочем же нужно заметить, что купол Шведлера авторы, как и дипломанты до них, показали упрощённо, неверно.

---

«Контур» руководствовался главенством истории, неся новые функции под старые крыши вокзала, циркульного и веерного депо; изменения в структуре старых объёмов минимальны, конструкции на виду, красота старого чугуна и нового инженерного искусства налицо. Опора на существующие уже события и службы, без замены их «пришельцами»: и верность принципу, и экономия.

Ремонт локомотивов уже собирает вокруг себя тяжёлое машиностроение, кузнечное дело, целый технопарк… в сочетании с ними появляются питание (кафе / кондитерская / рестораны / бары / паб / винный погреб), туризм (хостел), конференции, центр здоровья (бассейн / сауна / спа / салон красоты). Верхние этажи займут художественные ателье. Стены раскрываются, чтобы и в патио, и в декорациях посетитель не забывал о труде уникальных мастеров-паровозостроителей.

Двухэтажная коробка на поворотном круге купольного депо, ныне ставшем центром вращающейся сцены, напомнит о поездах, входивших под свод.

Осмотровые колодцы — забранными стеклом демонстрационными витринами: там, под ногами, части вагонов, двигатели, некоторые поршни.

Часть кольцевого нефа займёт мезонин и кафе. Навершие водонапорной башни сменит мембранная конструкция (там разместится музей, а на втором этаже — кинозал).

Снятие штукатурки обнажит красивую кирпичную кладку; утраты заполнит графика, старинные виды, художественная подсветка и проекции.

Когда движение уходит на южную сторону вокзала, становится избыточен подземный переход: сегодня он запущен и некрасив, хоть в нём изредка и играют хорошую музыку. Теперь здесь можно организовать цепочку лож-купе, поставить диваны, подавать кофе и вино, и показывать по отсекам, как в окне, мир странствий: красоты Транссиба, Восточный экспресс, трансамазонский, швейцарские железные дороги…

Сочетание работы и развлечений — бесспорно, сильный ход. Непонятно лишь, как мастерские «Интерлок» теперь загружать: подъездной путь становится главным пешим ходом, и, наверное, недоступен, а крыша летнего кафе не задаёт ли слишком низкий габарит?

Проработаны стены веерного депо — подлинны ли они? Под сегодняшней штукатуркой может скрываться прежний клинкер, но арки у ресторана стеклянными простенками говорят о другом: не строили таких прежде. Зачем же эта подделка под старину? Водонапорная башня тоже обращена новой лестницей вовнутрь, внешний вид сохраняя в неприкосновенности… Нет ни единой стороны центральной площади без привнесений, лишь купольное депо скрывает их, вовне не вынося — так не в новой ли архитектуре искать гармонизацию? Она не сродни мимикрии, не равнозначна конфликту с историей, вокзал тому примером. Что за променад с будто бы уличными, будто бы старыми фонарями проведён по его главной анфиладе! Разве что кассы или стенды справа можно было бы поправить.

Летнее кафе у поворотного круга не должно делать вид, будто оно было бы тут испокон веков. Зато опорами с реконструируемых перронов по всей стране воспользоваться тут можно было бы вполне! Антресоли и галереи могут решить проблему зим: ни веерное, ни циркульное депо сегодня не теплоизолировать и не отопить, встроенные короба — вполне. Нужно лишь вывести уже задуманные стеклянными парапеты выше, и перекрыть. Вот только опирание на цоколи чугунных колонн, да рассечение арок внешних стен (в циркульном депо) не поддержит никакая охрана памятников; лучше «развязать» обе структуры. Стеклянные смотровые замечательны, хорош и бар в подземном переходе: отчего бы «пильским метро» соединить и континенты, и части комплекса, хотя бы и мысленно? Может и в депо быть свой подземный уровень, и в переходе свой свет…

---

Здание вокзала и депо сегодня находятся в собственности у Польских железных дорог. Инвестору их придётся выкупить, но президент Пилы Пётр Гловски «готов перенять эти площади у станции и осуществить проект, например, как государственно-частное партнерство».

Пожелаем ему успеха. Обе концепции легко сочетаемы, новостройки «Архитектона» с реконструкциями «Контура» — пойдут ли на такое организаторы и сами архитекторы?